Издатель Адольф Федорович Маркс


А.Ф. Маркс

    Адольф Маркс родился в 1838 году в городе Штеттине (столице Померании). Его отец, Фридрих Маркс, был владельцем фабрики, выпускавшей башенные часы. После смерти отца Адольф работал (на родине) в двух книготорговых фирмах: "Придворной книжной торговле Д.К. Гинсторфа", где проработал около трёх лет и в берлинской компании Гиршвальда, которая специализировалась на продаже медицинской литературы. Там он проработал два года и хотел уже принять предложение от фирмы, торговавшей книгами в его родном городе (Штеттине) "... как неожиданно пришло приглашение из далёкой и совершенно ему неведомой России.

    Приглашал Маркса Фердинанд Августович Битепаж, известный русский книготорговец и комиссионер лейпцигских фирм, связанный через свою жену (урождённую Кулагину) родственными узами с крупными русскими книгопродавцами Филиппом и Григорием Михиными, Иваном и Николаем Мартыновыми. Все они, наряду с М.О. Вольфом, вышли из "гнезда" известного книгопродавца Я.А. Исакова" [Е.А. Динерштейн. "Фабрикант" читателей: А.Ф. Маркс". М., "Книга", 1986, с. 14].

    "В сентябре 1859 года Маркс приезжает в Петербург. За весьма короткое время он организует иностранный отдел книжной торговли Битепажа и Кулагина и берёт на себя ведение дел с Германией. Как свидетельствуют современники, он успешно справился с этим, способствовав в "значительной степени расширению фирмы" [Там же, с. 15].

    "Проработав пять лет у Битепажа и Кулагина, Маркс из-за ликвидации иностранного отдела (факт этот, правда, в достаточной степени не выяснен) оказался в полном смысле этого слова на улице. ...Из этого, довольно критического положения его вывел случай. Неожиданно в 1864 г. открылась вакансия приказчика немецкого отдела в книжном магазине Маврикия Осиповича Вольфа.

    ...У Вольфа Маркс работал недолго. И ушёл от знаменитого книготорговца и издателя без всякого сожаления, поскольку, как пишет его биограф, получал чрезвычайно скудное содержание (1). Многолетний сотрудник Вольфа, С.Ф. Либрович несколько по-иному объясняет причину ухода: "Несмотря на свою бедность, он был слишком горд, самонадеян и чересчур

    настойчиво требовал самостоятельной роли в деле, для того чтобы мириться со скромным положением всецело подчинённого своему хозяину приказчика, торговца книгами"(2).

    За недолгое время пребывания у Вольфа Адольф Маркс всё же кое-что успел сделать: во первых он приобрёл двух друзей - Германа Дмитриевича Гоппе и Германа Карловича Корнфельда, а во-вторых, составил с первым из них для Вольфа каталог немецкой научной и художественной литературы с начала XIX века по 60-е годы [Там же, с. 15-16].

    "О службе Маркса у Вольфа известно лишь со слов Либровича, приводящего, кстати, весьма любопытный документ-расписку Маркса, свидетельствующую, что, приступая к работе, он получил от хозяина авансом шесть рублей на сапоги.

    По бытовавшему у петербургских купцов обычаю приказчики, конторщики и ученики квартировали и столовались у своих хозяев. Остался верен этому правилу и Вольф, снимавший рядом со своей квартирой на Караванной улице комнаты для служащих. Помимо квартиры и стола, Маркс получал ежемесячно 30 рублей жалования. Как говорят, не густо, но и не так чтобы уж совсем ничего. Правда, работать приходилось много.

    Не отличаясь особой щедростью, Вольф был чрезвычайно требователен. Инициативы сотрудников не допускал, искренне считая, что лучше его самого никто не знает и не может знать дела" [Там же, с. 16].

    Покинув издательство Вольфа и сменив несколько мест, где Марксу приходилось зарабатывать себе на жизнь, будущий издатель решился основать собственное дело. Средств, имевшихся у Маркса, могло хватить только на очень скромный проект. Оценив ситуацию на столичном рынке периодической печати, он организует небольшой редакторский коллектив и готовится к изданию собственного журнала. 4 сентября 1869 года Министр внутренних дел разрешает издание журнала "Нива", редактором которого становится писатель Виктор Петрович Клюшников. Уже 18 декабря (того же года) вышел первый номер журнала (на 1870 год).

    Стоимость журнала была невысокой "подписная плата составляла всего 4 рубля" [см. Е.А. Динерштейн. "Фабрикант" читателей: А.Ф. Маркс". М., "Книга", 1986, с. 30], но подписчиков было немало - 9000.

    "Подобно другим массовым журналам "Нива" подвергалась жёсткой опеке цензурного ведомства, внимательно следившего не только за политической направленностью журнала, но и за тем, чтобы на его страницах не появились материалы, способные хотя бы в малейшей степени поколебать устоявшиеся догматы; любые попытки такого рода решительно пресекались" [Там же]. Клюшникову не всегда удавалось "найти общий язык" с цензурой. В декабре 1875 года редактором "Нивы" стал писатель и переводчик Фёдор Николаевич фон Берг. С 5 июня 1876 года, по просьбе самого Берга, редактором журнала становится известный в то время писатель Дмитрий Иванович Стахеев; а в октябре 1878 году на эту должность вновь назначается Ф.Н. Берг. В 1887 году Берга сменяет всё тот же В.П. Клюшников, который работал редактором до конца дней своих (он скончался в 1892 году).

    "Каковы бы...ни были общественные симпатии редакторов, издатель не давал ни одному из них возможности превратить журнал в групповой орган и публиковал произведения писателей различных направлений: либералов, консерваторов, писателей народнического толка (Н.В. Успенского) и так называемых декадентов (Д.С. Мережковского, К.Д. Бальмонта, Ф.К. Сологуба и т.д. - всех, кроме откровенных реакционеров и шовинистов. Единичные отступления были сделаны лишь в самые первые годы существования журнала" [Е.А. Динерштейн. "Фабрикант" читателей: А.Ф. Маркс". М., "Книга", 1986, с. 36-37].

    "Первые три-четыре года истории "Нивы" - это годы борьбы за читателя, стремления прельстить его разнообразными бесплатными приложениями и премиями.

    Гратификация, т.е. придание тому или иному органу печати бесплатных приложений, не имела до этого времени широкого распространения в русской практике. Маркс был первым, кто начал применять её в столь высокой степени, рассматривая [гратификацию] как важный cтимул, содействующий экономическому успеху журнала. Примеру "Нивы" вскоре последовали многие издатели. Тогда Маркс решил усложнить характер приложений, включив в них литературный материал. Такого рода приложения обходились дороже, но зато в большей мере привлекали читателя. В отличие от конкурентов он видел в приложениях не только средство увеличить подписку, но и способ "расширить программу <...> журнала.

    В середине 80-х годов тираж "Нивы" перешагнул стотысячный рубеж. Маркс добился невиданного ещё успеха, но именно в нём-то и таилась для него наибольшая опасность. Тиражи "Нивы" упрямо свидетельствовали об образовании в России того самого книжного рынка, на завоевание которого не сегодня, так завтра должны были броситься его конкуренты. Марксу ничего не оставалось, как каждый раз в чём-то их опережать. Платя крупнейшим писателям фантастический гонорар (1000 рублей с листа), он добился того, что на страницах "Нивы" появляются имена, способные украсить любой первокласный журнал.

    Но, всё, что он ни делал, могли сделать и его конкуренты. Рано или поздно он должен был пустить в ход козырь, которым не обладал ни один из них. Так рождается идея приложения к "Ниве" бесплатных полных собраний сочинений крупнейших русских писателей" [Там же, с. 37-38].

    "При всей широте программы журнала Маркс постоянно испытывал чувство страха за его судьбу. По его же словам, в первые годы существования журнала ему "приходилось всё время дрожать, что вот-вот дело погибнет, что расчёты ошибочны... приходилось бегать по всему Петербургу, чтобы получить какие-нибудь сто-двести рублей на уплату срочного векселя - вот когда нужны были крепкие нервы, сила воли, вера в успех" (3).

    Маркс обладал всеми этими качествами в избытке, имел, как тогда говорили, «железную руку» и умел проводить бессонные ночи за работой. Несмотря на прибыльность издания, он отказывал себе в элементарных вещах, так как вынужден был вкладывать в журнал всё новые и новые средства. Он как опытный шахматист, должен был рассчитывать свои действия на несколько ходов вперёд. Известный в своё время беллетрист П.П. Гнедич, хорошо знавший Маркса, писал, что тот "с неослабеваемой энергией шёл к намеченной цели, как истый шваб, побеждая всё своим упорным трудом" [Там же, с. 39].

    "В издательском деле, как и повсюду, чем меньше издержки, тем больше прибыль. Но величина издержек в данном случае зависит от тиража. Чем выше тираж, тем выгоднее издавать книгу или журнал. Чем больше прибыль, тем больше возможностей у издателя привлекать лучших авторов, художников, красочнее выпускать то или иное произведение. Наконец, значительный тираж позволяет снизить номинал и тем самым увеличить круг покупателей. А раз больше покупателей, то выше тираж и т. д. Получается как бы замкнутый круг, из которого уже нельзя вырваться.

    Маркс одним из первых в русском издательском деле понял, что не повышением номинала, а, наоборот, снижением цены можно добиться успеха. Но, встав на этот путь, он вынужден был из года в год увеличивать тираж своего журнала, для чего ему пришлось не только приноравливаться к вкусу подписчика, но и учитывать его материальные возможности, так как контингент читателей мог расширяться только за счёт менее обеспеченных слоёв населения.

    Однако издатель не может бесконечно снижать номинал, не сокращая производственных расходов. Поэтому Марксу постоянно приходилось расширять и модернизировать своё производство. Но зато одновременно, с неуклонной последовательностью увеличивался и тираж журнала: 9 тыс. экз. - 1870 г., 30 тыс. экз. - в 1872 г., 70 тыс. экз. - в 1882 г., 102 тыс. экз. - в 1886 г., 115 тыс. экз. - в 1891 г., 275 тыс. экз. - в 1904 г." [Там же, с. 40].

    В тот самый момент, когда Маркс вознамерился развернуть свою издательскую деятельность, профессиональный журнал русских книжников с горечью отмечал: "При настоящих порядках <...> правильная книжная торговля представляет единичные исключения. Насколько же существует недоверие к книжной торговле вообще и как велик её упадок, доказывается уже одним тем, что даже государственный банк, открывая на миллионы кредит прочим отраслям торговли, отвёл для книжного дела последнее место, определив кредит для этого рода торговли на всю Россию едва каких-нибудь 40 - 50 тысяч рублей"(4).

    А.Ф. Маркс не только уловил веяния времени, но и увидел наиболее рациональные, с его точки зрения, пути удовлетворения возникших потребностей. С первых же шагов издательской деятельности он твёрдо знал, что ему следует издавать. Более того, в избранном поприще он, безусловно, видел исполнение своего гражданского и человеческого долга. Иное дело, что ему далеко не сразу удалось приступить к осуществлению той программы, которую он наметил" [Там же, с. 68-69].

    "В специальной литературе издавна было принято подразделять все издательства на коммерческие и идейные и соответственно издателей - на коммерсантов и просветителей. Хотя авторы такого рода классификаций и отдавали себе отчёт в условности подобного подхода и неизбежности трансформации книжных предприятий в процессе развития, они всё же редко учитывали конечные результаты их деятельности. Правда, при этом никогда не ставился знак равенства между коммерсантом-книжником и купцом вообще. "Если книги товар особенный, - писал известный советский книговед Г.И. Поршнев, - то и производитель и распространитель их имеют свои особенности. Причиной тому, конечно, природа самого книжного дела. Во-первых, коммерчески оно малоприбыльно; во вторых, оно весьма сложно и неустойчиво, поэтому берутся за него преимущественно люди незаурядные, с пытливым умом; в-третьих, распространение книги связано с культурной жизнью страны, поэтому, чтобы преуспеть на книжном поприще, обязательно должна быть налицо некоторая тяга к культуре и знанию"(5) [Там же, с. 69-70].

    "Если присмотреться к этой проблеме внимательно, то нетрудно убедиться, что издатели-коммерсанты внесли немалый вклад в сокровищницу национальной культуры, а издатели-просветители умели считать копейку и получали немалую прибыль от своих изданий. Видимо, для того чтобы правильно судить о месте того или иного издателя в истории отечественной культуры, важно то, чем он обогатил национальный репертуар. Чтобы убедиться в этом, необходимо шаг за шагом рассмотреть весь проделанный таким издателем путь" [Там же, с. 70].

    "В середине 70-х годов, когда экономическое положение журнала упрочилось, Маркс получил возможность несколько расширить свою деятельность. Его, как и многих других издателей того времени, заинтересовали иллюстрированные издания. Совершенствование полиграфической техники, увеличение числа хорошо оборудованных типографий, незначительное, но всё же расширение круга лиц, имеющих возможность приобрести подобные издания, вело к снижению их себестоимости и увеличило вероятность спроса. Правда, при этом книги всё равно оказывались убыточными: не спасала положения и высокая цена.

    Иллюстрированные издания в какой-то мере служили гарантией солидности фирмы, они скорее, чем прочие, могли привлечь внимание прессы и тем самым послужить для неё рекламой. Иллюстрации значительно повышали информационные возможности книги, особенно естественнонаучной и детской. Проблема заключалась лишь в том, чтобы постепенно, увеличивая тиражи и снижая цену, сделать книгу доступной большому числу читателей. Обычно эти задачи решались за счёт качества исполнения изображений.

    В отличие от многих своих современников Маркс, придавая большое значение художественной стороне дела, в то же время определял свой выбор литературными достоинствами произведения.

    Поэтому вполне естественно, что в числе первых иллюстрированных изданий оказалась классическая поэма Джона Мильтона "Потерянный и возвращённый рай". Перевод был издан с параллельным текстом на английском языке и иллюстрирован 50 гравюрами Густава Доре, творчество которого в этот период усиленно пропагандировалось в России.

    Громадный, как тогда говорили, "роскошный" том in folio, в красном полушагреневом переплёте с золотым тиснением и обрезом, вызвал заметный интерес.

    ...В одном из писем к переводчице ["Потерянного и возвращённого рая"] А. Шульговской (от 8 августа 1878 года) [Маркс]...так сформулировал свои цели: "Я больше двух лет употребил на составление и приготовление этого издания; хорошо было бы, если бы русская публика приняла эту книгу хотя с малой долей той любви, которую я положил на неё. Предпринимая это издание, я не рассчитываю на то, что оно может скоро разойтись и знаю, что мне в несколько лет не покрыть расходов на него, но это только доказывает, что есть идеалисты, которые хотят работать без надежды на скорую пользу" (6) [Там же, с. 73-74].

    Только к 1882 году Маркс подготовил следующее "роскошное" издание - "Фауста" Гёте (в переводе А.А. Фета) с иллюстрациями Энгельберта Зейбертца, гравированными Адрианом Шлейком, Альгейером Зигле и др. "Это было первое в России полное издание величайшего из произведений Гёте. По словам Маркса, "перевод Фета был сделан почти дословно, размером подлинника и с соответствующими рифмами. Я сопроводил его не менее художественными иллюстрациями в эстампах Зейбертца (числом 25), отличающихся строгою выдержанностью древнегерманского стиля, равно как и многочисленными (до 130) рисунками, гравированными на дереве, заставками и т.п." - писал он, посылая книгу Суворину (7).

    Желание поразить современников во многом определило характер оформления "Фауста". Громадный том объёмом в 100 листов, напечатанный на веленевой бумаге, ярко демонстрировал возможности печатной техники. По заказу Маркса один из сотрудничавших в "Ниве" художников выполнил рисунок в старонемецком стиле, по которому был исполнен медный штамп для рельефного тиснения переплёта. Стоила книга чрезвычайно дорого - 40 рублей". Практически цель, которую ставил перед собой издатель, не была достигнута, издание оставалось украшением лишь богатых гостиных. Поэтому в 1899 г. Маркс переиздал "Фауста" в "Иллюстрированной библиотеке "Нивы". Книга была издана небольшими выпусками и стоила покупателям, подписавшимся на неё до издания всего тома целиком, 14 руб. Покупавшие книгу единовременно платили значительно дороже - 20 руб." [Е.А. Динерштейн. "Фабрикант" читателей: А.Ф. Маркс". М., "Книга", 1986, с. 75].

    "В 1893 г. Маркс выпускает в аналогичном издании знаменитые "Сказки" братьев Я. и В. Гримм, перекупая "исключительное право" на воспроизведение иллюстраций П. Грот-Иоганна у акционерного общества "Германское издательское учреждение", и уже в начале века выпускает не менее популярное "роскошное издание" - гётевского "Рейнике-Лиса". И на этот раз перевод поэмы поручается известному переводчику В.С. Лихочёву, а у книготорговой фирмы И.Г. Котта перекупается "исключительное право" на воспроизведение в России популярных иллюстраций В. Каульбаха.

    Под стать этим изданиям были и "Натан мудрый" Г.Э. Лессинга и "Мёртвые души" Н.В. Гоголя" [Там же, с. 75-76].

    ...Издание "Мёртвых душ" принесло Марксу ещё большие убытки, чем предыдущие "роскошные" "фолианты", ..."но зато своей необычайностью оно поразило современников. Адольф Фёдорович готовил его в течение пяти лет, поручив художественную часть П.П. Гнедичу (текст печатался по редакции академика Н.С. Тихонравова). Впоследствии Гнедич весьма образно описал ход подготовки этого издания: "Когда А.Ф. брался за новое роскошное издание, он никогда не мог избавиться от искушения отойти от первоначальной сметы. Сначала он делал это нерешительно: увеличивал размеры рисунков и количество их, постепенно доводя до двойного и тройного числа; затем он увеличивал формат издания и, наконец, совершенно неожиданно накидывал на прежнюю смету лишних тысяч пятьдесят. Дойдя до такого решения, уже не отступал, а развернув все паруса, шёл против ветра. В разгар издания он работал над ним, во что бы то ни стало, - не спал, не ел, но каждую страницу штудировал хозяйским глазом" (8).

    По свидетельству самого издателя материал для иллюстраторов собирался по провинциальным захолустьям, где реально ещё сохранились осколки быта "губернии" 20 и 30-х гг. "<...> Каждая мелочь, каждая деталь, каждый аксессуар Чичиковской эпохи тщательно проверены, зарисованы, сфотографированы" (9).

    Cудя по сохранившимся "Обязательствам" П.П. Гнедича, работа по иллюстрированию поэмы проходила таким образом: художник Мечислав Михайлович Далькевич, сделавший более трети рисунков к книге, "при помощи фотографии" должен был подготовить "материал для исполнителей и, снявши типы героев гоголевской поэмы в соответствующих позах, доставить этим самым прочную связь для единства композий, исполненных разными художниками" (10). Книга была издана большим форматом, с необычайной шириной полей, на бумаге высших сортов, в тиснёном переплёте. Число иллюстраций и виньеток совпадало с числом страниц основного текста - 560. Собственно иллюстраций было несколько меньше (10 гелиогравюр и 335 рисунков). Пейзажи рисовали художники Н.Н. Бажин и Н.Н. Хохряков, жанровые сцены - В.А. Андреев, А.Ф. Афанасьев, В.И. Быстренин, М.М. Далькевич, Ф.С. Казачинский, И.К. Маньковский, Н.В. Пирогов, Е.П. Самокиш-Судковская, С.С. Соломко.

    Всё это были художники второго ряда. Даже отталкиваясь в отдельных случаях от образов, созданных П.М. Боклевским, они не могли достич глубины его психологически точных характеристик. К тому же они сознательно стремились притупить сатирическую направленность "Мёртвых душ", явно солидаризируясь с издателем, который в специальном предисловии к книге, демонстрирующем его большие профессиональные познания, вместе с тем подчёркивал своё органическое неприятие агинской трактовки образов поэмы, называя его рисунки "довольно неудачными" (11). Собственно эта тенденция проскальзывала и в выборе варианта заглавия (Книга называлась "Похождения Чичикова, или Мёртвые души. Поэма Н.В. Гоголя в 2-х частях")..." [Там же, с. 100-101].

    Из марксовских иллюстрированных изданий в начале века широкое распространение получили: "Всеобщая история" О. Йегера (1894); "История письмён" Я.Б. Шницера (1903); цикл "История Халдеи", "История Ассирии, "История Мидии" (1902-1903); "История Индии" (1905) известного популяризатора науки З.М. Рагозиной; "Леонардо да Винчи" .Л. Волынского (1899) и целый ряд книг, популяризирующих естественнонаучные издания" [Там же, с. 79].

     Что же касается художественной литературы, изданной предприятием Маркса, то мы ограничимся только перечислением полных собраний сочинений (точнее "наиболее полных") известнейших русских поэтов и писателей, вышедших с начала восьмидесятых годов XIX в. до 1905 года: А.Н. Майкова, М.Ю Лермонтова, А.В. Кольцова, А.С. Грибоедова, Н.В. Гоголя, Ф.М. Достоевского, И.С. Тургенева, И.А. Гончарова, М.Е. Салтыкова-Щедрина, Н.С. Лескова, Я.П. Полонского и др. Договор на право издания Марксом сочинений Чехова существенно изменил к лучшему материальное положение Антона Павловича.

    "В 1898 г. Маркс приступает к строительству самой крупной в России типографии. Уже в год открытия (1901) в ней в две смены работало около 700 рабочих (во всей фирме было занято около 1000 человек). Новая типография, располагавшаяся на Измайловском проспекте, была сооружена по проекту архитекторов Н.В. Дмитриева и Л.М. Харламова с учётом новейших технологий и санитарных требований и состояла из нескольких 4-х и 5-ти этажных корпусов, в которых, кроме типографии и литографии, помещались картографическое, фотографическое и автотипическое отделения, клишехранилище и хранилище стереотипов. О масштабах предприятия могут дать представление такие цифры: 150 машин приводились в действие паровым и электрическим двигателями по 350 лошадиных сил каждый. Кроме того, в различных отделениях было установлено 105 электромоторов.

    Оснастив свою типографию самым современным оборудованием Маркс умело и продуманно организовал весь производственный процесс. За счёт дальнейшего разделения труда он добился того, что его предпрятие работало с точностью часового механизма. Правда, несмотря на высокую для того времени механизацию, в ряде циклов применялся ручной труд, например при брошюровке и упаковке готовой продукции. В основном на этих процессах были заняты женщины.

    Будучи заинтересованным в постоянном штате рабочих, ибо только при этом условии можно было вести дело рационально, Маркс не только платил более высокую сравнительно с владельцами других типографий зарплату, но и ввёл страхование рабочих за счёт фирмы на случай смерти или увечия и бесплатное медицинское обслуживание (лекарства выдавались рабочим типографии также бесплатно). Зато высокоорганизованное производство давало наибольший по тому времени экономический эффект" [Е.А. Динерштейн. "Фабрикант" читателей: А.Ф. Маркс". М., "Книга", 1986, с. 84-85].

    Издатель скоропостижно скончался 22 октября 1904 года и был похоронен на кладбище Вознесенского Новодевичьего монастыря в Санкт-Петербурге. В соответствии с завещанием мужа, Лидия Филипповна Маркс в 1907 году юридически оформила преобразование фирмы в "Товарищество издательского и печатного дела А.Ф. Маркса в Петербурге". Относительно благополучное существование Товарищества, в котором трудилось ещё немало старых друзей Маркса, перестало быть благополучным во время первой мировой войны, а точнее к апрелю 1916 года. К этому времени специалисты оценивали стоимость фирмы в один миллион рублей золотом. Преодолев сильное сопротивление части своих пайщиков, (в мае 1916 года) Товарищество приобрёл Иван Дмитриевич Сытин.

    

    "По образному выражению одного известного публициста, Адольф Фёдорович Маркс сделал "для России больше, чем иной министр народного просвещения" (12) [Е.А. Динерштейн. "Фабрикант" читателей: А.Ф. Маркс". М., "Книга", 1986, с. 183].

    "Я видел Маркса всего три раза в жизни, писал А.В. Амфитиатров, - и единственными личными впечатлениями, которые вынес я из этих свиданий, осталась необычайная деловитость, быстрая сметливость и решительность его в издательских вопросах. Это был огневой старик, даром что плохо слышал. Видел я так же, что обожают его служащие и держит он всех на крепкой хозяйской узде, но его все уважают и любят. Он сумел остаться с народом, от него зависящем, на полутоварищеской ноге, как мастера на то порядочные хозяева больших немецких фабрик, сами вышедшие из рабочих, у которых за станками ещё трудятся старые сверстники либо дети старых сверстников. В "Ниве" Маркса было очень "просто", именно по фабричному просто - веяло духом деятельнической работы, а не бюрократического священнодействия.

    Когда петербургский литератор попадал в тиски нужды, то его последней надеждой бывало "Маркс выручит!", и Маркс выручал. Он не швырялся авансами, но с ним можно было всегда как-то необычайно удобно, легко и необидно устроиться... Маркс платил деньги, часто очень крупные, за вещь совершенно ему ненужную и неподходящую. Я старика почти вовсе не знал и дел с ним не имел, так что не судья тому, поступал ли он так по любви к литературе и уважению к литераторам или из голого коммерческого расчёта, но как "хозяин" он был редкостью на русском литературном рынке, где в среде издателей до сих пор нередки типы настоящих ростовщиков, эксплуататоров писательской нужды".

    



1. ИРЛИ, ф. 273, оп. 2, д. 101, л. 1-8.
2. Либрович С.Ф. "На книжном посту. Воспоминания, записки, документы. Пг. - М., 1915, с. 284.
3. Либрович С.Ф. То же издание, с. 389.
4. "Книжный вестник", 1886, № 17, с. 801.
5. Поршнев Г.И. "История книжной торговли в России". "Книжная торговля". М., 1925, с. 114-115.
6. Шульговская А. "Воспоминания об Адольфе Фёдоровиче Марксе", журнал "Нива", 1904, № 50, с. 997.
7. ЦГАЛИ, ф. 459, оп.I, д. 2557, л. 4.
8. Гнедич П.П. "Художественные издания А.Ф. Маркса", журнал "Нива", 1904, № 50, с. 1008.
9. Штейн В. "Юбилейное издание гоголевских "Мёртвых душ" А.Ф. Маркса", журнал "Печатное искусство", 1902, № 6, с. 195.
10. ЦГАЛИ, ф. 139, оп. 2, д. 21, л. 8.
11. Маркс А.Ф. "От издателя". Гоголь Н.В. "Похождения Чичикова или мёртвые души" Спб., 1900, с. VI.
12. Цит по: Светлов В. "Зёрна истины", журнал "Нива", 1904, № 50, с. 1015.

 


Сайт управляется системой uCoz
Яндекс.Метрика